На заводе «Свема» в Шостке до сих пор делают пленку на экспорт в США и Европу, хотя завод развалился. Как? — репортаж theБабеля

Просмотры:
10504
Автор:
Лена Ковальчук
Дата:
На заводе «Свема» в Шостке до сих пор делают пленку на экспорт в США и Европу, хотя завод развалился. Как? — репортаж theБабеля

Андрей Бойко / theБабель

Новую пленку советской марки «Свема» можно купить у американской компании Film Photography Project по 7—8 долларов за катушку. На своем сайте компания пишет, что вывезла старое советское оборудование и делает пленку вручную, в расположенном в штате Нью-Джерси цехе. На деле же FPP — всего лишь дистрибьютор. Новую «Свему» по-прежнему выпускают в Шостке, в одном из уцелевших цехов закрытого завода. Корреспондент theБабеля Лена Ковальчук поехала в Шостку, чтобы узнать, кто и как производит пленку на экспорт в США, Бельгию и Японию.

1

До Шостки из Киева электричка доезжает за четыре часа. Вагон заполнен наполовину, судя по разговорам пассажиров, все едут домой. Когда-то «Свема» была градообразующим предприятием, но в 2003-м выпустили последнюю крупную партию пленки (рентгеновской), и с тех пор завод заглох.

Сейчас тут живут около 75 тысяч человек. В конце 80-х на заводе работали 15 тысяч сотрудников: почти каждый третий человек в городе имел отношения к «Свеме». Даже в 90-е годы «Свема» все равно сохраняла свой штат и цеховые помещения, оставаясь второй по объемам производства компанией Европы после английского подразделения Коdak.

Здание шосткинского вокзала напоминает магазин продовольственных товаров, вокруг него почти нет горящих фонарей, так что к вечеру уже ничего не видно. Освещается только супермаркет напротив — точка сбора таксистов и подростков.

В Шостке нет привычных гостиниц, приходится снимать квартиру. Хозяйка оценивающе рассматривает меня и предупреждает, что съехать нужно до 11 утра, потому что потом у нее новые постояльцы. Говорит, что все время есть клиенты. На мой вопрос, кто эти люди и зачем они приезжают, отвечает: «Ну как же, у нас в Шостке сейчас бархатный сезон».

Скульптуры, на которые приезжают посмотреть в бархатный сезон.

Андрей Бойко / theБабель

Жалуется на «украинцев», которые переименовывают улицы на свой лад (улица Свободы — бывшая Карла Маркса). До российского пограничного пункта Суземка (Брянская область) всего восемьдесят километров.

Утром можно рассмотреть улицу. На одном из домов желтой краской написано: «Мука, крупы – недорого», рядом уже черной краской выведено: «Россия», а сбоку свастика.

Здесь на три квартала сразу два рынка, на улице с рук продают разный хлам, а по разбитым дорогам ездят старые ЛАЗы (автобусы советского образца).

2

Если свернуть с центральной улицы Свободы на Депутатскую, пройти метров 800 к реке Шостка, то окажешься прямо у ворот «Свемы». Территорию завода охраняют, но это только на первый взгляд. Через дыры в заборе можно легко пролезть внутрь и подойти к некоторым корпусам.

Здание завода «Свема» с разрушенной стороны.

Андрей Бойко / theБабель

Часть из них до сих пор работают, а из труб валит дым. Центральный корпус с башней, на которой едва держится та самая надпись «Свема», почти разрушен, вокруг ездят экскаваторы и грузовики: собирают арматуру, которую рабочие выковыривают из стен. Гул стоит, как будто завод работает.

По территории бывшего завода ездят экскаваторы и грузовики: собирают арматуру, которую рабочие выковыривают из стен.

Андрей Бойко / theБабель

Большая часть уцелевших зданий не заняты арендаторами. Окна первых этажей забиты листами фанеры. Внутри давно нет никакого оборудования, на полу разбросаны мятые коробки от пленки, посуда, папки с бумагами и обломки мебели. Создается впечатление, что всех работников эвакуировали, а обратно уже никто не вернулся.

Андрей Бойко / theБабель

В уцелевших зданиях по лестницам можно выбраться на крышу. Отсюда открывается вид на Шостку, поле и необъятную территорию «Свемы», которая занимает больше 200 гектаров.

Андрей Бойко / theБабель

По всей территории стоят чучела охранников, они есть даже внутри заброшенных зданий. Эти мешковатые фигуры в робах в сумерках можно принять за живых людей. Так на «Свеме» пытаются бороться с мародерами. С высоты видны и другие здания: вокруг них ходят люди с автоматами, а на крышах установлены камеры.

Чучела охранников встречаются по всей территории «Свемы».

Андрей Бойко / theБабель

Местные издания пишут, что на территории остались огромные емкости с соляной кислотой, которые забыли утилизировать уже после остановки завода. Они все еще хранятся в подземных резервуарах.

3

В 1996 году у завода появился новый директор — Юрий Буреев, он и запустил процедуру реструктуризации: на территории появились арендаторы, дистрибьюторы и частные предприниматели. Тогда же первые цеха вывели из строя: оборудование вырезали на металлолом, а помещения сдали под склады.

В 2000 году у «Свемы» за долги забрали собственную ТЭЦ, без нее обслуживать даже оставшиеся цеха стало невозможно.

Последний раз крупную партию пленки сделали в 2003 году, а уже через 2 года из 15 тысяч сотрудников осталось меньше 800, рабочая неделя сократилась до двух дней и зарплату не выплачивали.

Одним из последних со «Свемы» ушел научный сотрудник Николай Кокшайкин. Сейчас он возглавляет отдел кино- и фототехники в местном краеведческом музее.

Второй этаж краеведческого музея — единственное место, напоминающее о том, что «Свема» вообще сществовала. А еще в краеведческом музее женятся — городской ЗАГС закрыт на ремонт. На время торжественных церемоний экспозицию приходится убирать.

Отдел кино-фототехники в Шосткинском краеведческом музее.

Андрей Бойко / theБабель

Андрей Бойко / theБабель

Кокшайкин ушел со «Свемы» в 2005-м и говорит, что вся территория уже тогда была в руинах. Он успел вывезти кое-какое оборудование для экспозиции.

«Архивы исчезли чуть ли не за одну ночь. Скорее всего, их тоже сдали на макулатуру. В отношении «Свемы» действовал мораторий на отчуждение и приватизацию имущества. Говорят, что тогдашний глава фонда Госимущества [с 2003 до 2005 эту должность занимал Михаил Чечетов] подписывал прошения, и собственность «Свемы» частично передавалась третьим лицам», — рассказал Кокшайкин. 

Директор ОАО Акционерной компании «Свема» (91,6% акций компании принадлежит государству) Игор Андрущенко отказывается от встречи, отвечает грубо и говорит, что любые комментарии будет давать только с разрешения ликвидатора предприятия Игоря Солдаткина. Просит больше ему не звонить, а почитать Википедию и там найти нужную мне информацию.

Бывшие рядовые сотрудники «Свемы» тоже отказываются разговаривать. Один «давно больной и пожилой человек 1962 года рождения», второй «уехал далеко и надолго».

Завод давно ничего не производит. Одна из последних заводских линий выпускала рентгеновские пленки, которые у «Свемы» закупали медицинские учреждения. Потом и этот цех распилили на металлолом. С 2015 года началась окончательная процедура банкротства — после неудачной попытки восстановить производство с 2005 по 2015 год. Государство несколько раз пыталось продать «Свему», но желающих ее купить не нашлось.

Комната внутри одного из заброшенных зданий «Свемы».

Андрей Бойко / theБабель

4

Сейчас производством пленки на территории полузаброшенной «Свемы» занимается украинская компания «Аструм ЛТД». Я попросила их показать мне свой цех, но они отказались, сославшись на ремонт.

Спустя неделю после моей поездки в Шостку мы встречаемся с представителями «Аструма» в Киеве. Свои имена они просили не указывать. Рассказывают, что их компания зарегистрирована в 1995 году. Они (все работали на Свеме еще с советских времен) в середине 90-х поняли, что все идет к развалу завода. Решили собрать штат из тридцати человек, взяли в аренду часть заводского оборудования и заняли один из цехов. Когда здания на территории «Свемы» начали разрушать, свой цех он решили выкупить.

Теперь предприниматели закупают пленочный «полуфабрикат» (предположительно в Китае или Тайване), а в Шостке занимаются финишной обработкой пленки — входной контроль, резка, визитаж, упаковка — по советским ГОСТам, которые были в открытом доступе. Готовую пленку под маркой «Свема» поставляют в США, Китай, Японию, Тайвань, Индию и страны Европы.

Несколько лет назад они закрепили за собой право на торговую марку и теперь никто, кроме компании «Аструм ЛТД», не может выпускать продукцию с таким названием. Представитель компании говорит, что даже если бы они и хотели наладить полную линию производства в стенах «Свемы», то уже не смогли бы этого сделать: техники для нанесения фотоэмульсии давно нет, цехов для сушки тоже, а после отключения «Свемы» от местной ТЭЦ помещение приходится отапливать дровами.

С технологической точки зрения, в таких условиях производство даже небольших партий пленки «с нуля» невозможно. Сейчас за границу поставляют небольшие объемы — от 10 до 100 коробок, работают только по предзаказу. Хотя бывают крупные заказы: в 2018 «Аструм» продал в Бельгию партию из 10 тысяч коробок. Представитель «Аструма» говорит, что для иностранцев пленка «Свема» — нечто экзотическое, забытое, советское, поэтому ее и покупают.

В 2018 году компания Коdak наладила выпуск пленки Ektachrome, а на территории ее бывшего конкурента — «Свемы» — уцелел только храм, но в нем никакую пленку не производят.

Андрей Бойко / theБабель

В Конгресс США попали 90 женщин: среди них есть мусульманки и представительницы коренных американцев. Кто они и что обещают

Автор:
Сергей Пивоваров
Дата: