The New York Times: Напряженные отношения России и Украины вызвали самый большой христианский раскол с 1054 года. Коротко

Автор:
Евгений Спирин
Дата:

NurPhoto / Getty Images

The New York Times опубликовала статью Нила Макфакуара, шефа московского бюро газеты и лауреата Пулитцеровской премии. Он пишет о конфликте между Вселенским патриархатом Константинополя и Русской православной церковью, после того как патриарх Варфоломей решил предоставить автокефалию (независимость) украинскому православию. Пересказываем коротко.

Интриги в православной церкви длятся столетиями. Все четырнадцать ее ветвей имеют разную степень автономности, в отличие от католической церкви, где глава один — Папа Римский. Сейчас Москва и Константинополь спорят о том, сколько полномочий по надзору за украинской церковью Московский патриархат получил в 1686 году.

Преподаватель фонда «Открытая Библия» Вячеслав Горшков — один из тех православных, кто надеется, что Вселенский патриарх Варфоломей бросит вызов России и предоставит Украинской православной церкви автокефалию. Это, по его мнению, даст Украине шанс выйти из орбиты имперских амбиций России. Московская церковь никогда не была независима от государства, но именно при нынешнем президенте Владимире Путине возродилась идея, что Москва должна стать столицей всех восточных православных. Путин усилил церковь, чтобы сделать из России цитадель «традиционных ценностей», а Кремль представить наследником царской империи.

Этому имперскому проекту серьезно угрожает независимость, которую может получить украинское православие. Российская церковь утверждает, что патриарх Варфоломей не может дать автокефалию украинской церкви без ее согласия. Однако его титул — «Святейший Вселенский Патриарх» — означает, что он считается «первым среди равных» и наделен правом создавать новые, самостоятельные ветви церкви.

Москва уже сделала несколько выпадов в сторону Константинополя: перестала упоминать Варфоломея во время служб и пообещала разорвать отношения в случае, если украинская церковь все-таки получит Томос про автокефалию. «Сейчас ... Патриарх Константинопольский воспринимается как чуть ли не православный Папа. Но, по крайней мере, половина 300-миллионного [православного] населения больше не будет его признавать даже первым в семье Православных Церквей», — сказал в эфире одного из федеральных каналов России митрополит Волоколамский Иларион, глава внешних связей РПЦ.

Многие поместные православные Церкви устали от «русского высокомерия и националистического отношения прокремлевских клириков». Они благодарны патриарху за то, что он хочет поставить Москву на место. Но раскол болезненно скажется и на Константинополе: он утратит деньги и влияние.

Русская православная церковь, у которой 150 миллионов прихожан, также пострадает, потеряв от 30 до 40 процентов своих самых верующих приверженцев. Это нарушит планы Путина представить свое правительство как реинкарнацию империи. Пускай Украина и Беларусь независимы от России, единая церковь позволяла Путину называть их граждан единым народом. Весь он принадлежит к «русскому миру» — этой концепции придерживаются Владимир Путин и патриарх Кирилл.

Москва сама виновата в надвигающемся расколе. Вторжение в 2014 году и поддержка сепаратистов на Донбассе Украины привели к обострению церковной проблемы. Чтобы ее решить, президент Петр Порошенко и Верховная Рада обратились в Константинополь с просьбой предоставить независимость.

Россия называет это предвыборной кампанией президента Порошенко. Российская сторона неоднократно предупреждала, что борьба за контроль над отдельными церквями превратится в кровопролитие. Но сторонники Варфоломея, наоборот, считают Томос единственным выходом из ситуации. В любом случае, конфликт вышел за рамки спора России и Украины и теперь выглядит как борьба российского патриарха с Константинопольским за право быть главным у православных.